akhcelo (akhceloo) wrote,
akhcelo
akhceloo

Categories:
Давненько я на сайт "Никс" не заходила, а у них забавные полит-аналитические статьи случаются, вот одна из них:
https://www.nix.ru/computer_hardware_news/hardware_news_viewer.html?id=199156

Международное право и лево Америки


"Правда ли, что Америкой управляют троцкисты? Звучит, как вопрос армянскому радио, однако подобные утверждения постоянно встречаются в СМИ. НИКС решил разобраться в этой проблеме и обнаружил много интересного."

Цитата для привлечения внимания:

В этих своих воспоминаниях Кристол утверждает, что в дальнейшем полностью отрекся от социалистических убеждений молодости. Как и все его товарищи-профессора. Говорить, что Кристол и другие троцкисты лукавят и сознательно придумали неоконсерватизм в качестве прикрытия своих истинных убеждений, мы не станем. С тем же успехом можно доказывать, что Советским Союзом правили тайные адепты православия, потому что Сталин учился в духовной семинарии, а Молотов и Калинин в молодости пели в церковном хоре. Но и недооценивать подобные влияния будет ошибкой. К примеру, надо полагать, что Сталина невосприимчивым к оккультизму и эзотерике сделал не только диалектический материализм, но и воспитание в христианских традициях. Скорее всего, именно поэтому Сталин оставался равнодушен к таким новомодным наукам, как фрейдизм, считавший важнейшим фактором формирования человеческой личности разглядывание собственных фекалий в детстве. Именно поэтому в СССР вместо учреждений по исследованию проблем астрологии, рун, Шамбалы и прочего наследия предков, организовывались авиационные, танковые, ракетные НИИ, а 1937 год не пережили не только троцкисты-сюрреалисты, но и, к примеру, Тухачевский, в 1919 году предлагавший Совнаркому возродить язычество в качестве новой официальной религии.

Идеи, захватившие человека в молодости, никогда не проходят бесследно. Как говаривал товарищ Троцкий: «Даже вынужденные менять существо своих взглядов люди втискивают его чаще всего в старые формы».


Очень интересно. Про Тухачевского - раньше не слыхала, хотя навернякая это обсуждалось.
Статья целиком:

Международное право и лево Америки

Миром правит не тайная ложа, а явная лажа.
Виктор Пелевин


Правда ли, что Америкой управляют троцкисты? Звучит, как вопрос армянскому радио, однако подобные утверждения постоянно встречаются в СМИ. НИКС решил разобраться в этой проблеме и обнаружил много интересного.
horse

Как Троцкий потерял голову

Сегодня троцкизм кажется делом давно минувших дней, пускай даже дело было громкое. Впервые этот термин еще в 1907 году употребил лидер кадетов Милюков в отношении сторонников «революционных иллюзий». В 1920-х годах это словечко всплыло в СССР в период борьбы с левой оппозицией. Оппозиция была разгромлена триумвиратом Зиновьев – Каменев – Сталин, в котором первые двое еще не были врагами народа, а последний выполнял при них скромные функции секретаря. В результате Троцкий в 1929 году был выслан из СССР. Это привело к расколу мирового коммунистического движения и образованию в 1938 году Четвертого интернационала.

Важнейшим различием между сталинизмом и троцкизмом считается то, что Сталин делал акцент на возможности построения социализма в отдельной стране, а Троцкий настаивал, что без поддержки пролетариата развитых стран власть рабочих в отсталой России обречена, поэтому нужна перманентная мировая революция. Любопытно, что Ленин, к которому обе стороны апеллировали как к высшему авторитету, с одной стороны допускал построение социализма в одной стране на первом этапе, но предупреждал, что без мировой революции такую страну рано или поздно задушат. Ленин, как всегда, оказался прав, но суть в том, что его последователями в равной степени могли считать себя как сталинисты, так и троцкисты.

Поэтому, например, Борис Бажанов, помощник Сталина в 1920-е годы, в своей книге «Воспоминания бывшего секретаря Сталина», утверждал, что на самом деле никаких теоретических разногласий между сталинистами и троцкистами не существовало, а была лишь игра словами, чтобы борьба двух группировок за власть выглядела не схваткой пауков в банке, а походила на противостояние судьбоносных идей. На самом деле Сталин замечательным образом экспортировал, уже не на штыках, а на танках, социализм в Восточную Европу, когда у него появилась такая техническая возможность. В общем, как говорил старик Троцкий: «Политическая борьба есть по самой сути своей борьба интересов и сил, а не аргументов».

Второй отличительной чертой троцкизма считается негативная оценка СССР как «деформированного рабочего государства», где восторжествовали госкапитализм и власть бюрократии. Поскольку Троцкий не унимался и даже начал писать книгу о том, как Сталин отравил Ленина, то в 1940 году его бурный жизненный путь был прерван в Мексике ударом ледоруба. Нанесший этот удар Рамон Меркадер отсидел 20 лет в мексиканской тюрьме, а после освобождения в 1960 году был тайно вывезен в СССР и удостоен звания Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда». Награды вручал лично глава КГБ Александр Шелепин. Несмотря на «оттепель» и разоблачение культа личности убийство Троцкого все еще считалось подвигом. Не изменилось отношение к Троцкому даже в годы перестройки. И лишь в 1992 году его реабилитировала Прокуратура Российской Федерации.

Троцкий давно покоится в мексиканской земле, но дело его живет. Продолжает работать Четвертый интернационал, а также десятки других троцкистских организаций в разных странах мира. У этого движения немало сторонников. Вполне официальным троцкистом был, к примеру, Че Гевара. Троцкистом был Сальвадор Альенде. Среди троцкистов значатся такие личности, как математик Лоран Шварц, художник Диего Ривера, сюрреалист Андре Бретон, экзистенциалист Альбер Камю, беллетрист Стиг Ларсен, автор мирового бестселлера «Девушка с татуировкой дракона».

Сюрреализм, авангард и фрейдизм, кстати, всегда считались любимыми игрушками троцкистов. Интерес был взаимный. К примеру, главный хит недавней выставки современного искусства фонда Луи Вюиттона, производителя культовых чемоданов, в Пушкинском музее назывался «Баллада о Троцком». Шедевр итальянского леворадикального художника Маурицио Каттелане представлял собой чучело лошади, подвешенное к потолку. Лошадь осталась без всадника, всадник – без головы, но идеи троцкизма все еще витают в воздухе. В 2004 году на аукционе Sotheby’s шедевр ушел за 2 млн 140 тыс. долларов.

НЕОКОНченная история по Фукуяме

Троцкий

It seems because through time and space
Though names may change each face retains the mask it wore.




Genesis. Time Table

Сами троцкисты, кстати, крайне редко так себя называют. Они предпочитают величаться большевиками-ленинцами, ортодоксальными или революционными марксистами. Казалось бы, в любой респектабельной капиталистической стране таким людям уготована в лучшем случае роль маргиналов. Особенно с учетом того, что в наши дни рабочий класс, похоже, окончательно исчерпал свой революционный потенциал. Как провидчески писал Василий Аксенов в «Острове Крым»: «Неужели они не понимают, какую малую роль играет в политической жизни Крыма так называемый рабочий класс, эти несусветные богачи, дующие пиво и жующие кровавые бифштексы толщиной в руку». Поэтому и марксизм, как идеология пролетариата, а не китайской партийной бюрократии, уже мало кого волнует. В связи с этим возникает вопрос: о какой власти троцкистов в США вообще может идти речь? С подобными заявлениями, казалось бы, могут выступать лишь наши доморощенные конспирологи, вроде Проханова, Платонова, Бабурина и им подобных. Сами подумайте: где Америка – и где марксизм.

И вдруг нам попадается на глаза труд такого респектабельного американского политолога, как Фрэнсис Фукуяма, где черным по белому написано, что неоконсерватизм, самое влиятельное политическое движение США, выдуман троцкистами. В частности, троцкистом был Ирвинг Кристол, один из отцов-основателей неоконсерватизма. А идеями неоконсерватизма, между прочим, руководствовались такие видные фигуры американской политики, как Рональд Рейган, Джордж Буш-младший, Дональд Рамсфелд, Дик Чейни, Пол Вулфовитц, Ричард Пёрл или тот же Джон Болтон, недавно уволенный Трампом с поста советника по национальной безопасности.

Вот как историю возникновения неоконсерватизма, сторонников которого в Америке называют неоконами, описывает сам Фукуяма в своей книге «Америка на распутье».

«Корни неоконсерватизма восходят к деятельности примечательной группы интеллектуалов (по большей части еврейского происхождения), которые в середине и второй половине 1930-х и начале 1940-х гг. учились в Городском колледже Нью-Йорка».

«Все эти люди – выходцы из рабочего класса, из семей иммигрантов. Все они были студентами Городского колледжа, поскольку такие элитные университеты, как Колумбийский и Гарвардский, как правило, оставались для них недоступными».

«Студенты Городского колледжа были политизированы и тяготели к левым взглядам. Ложа 1 в кафетерии Городского колледжа Нью-Йорка была троцкистской, а Ложа 2 – сталинистской. Первоначальные заигрывания Ирвинга Кристола с первой из них ныне хорошо известны».

«Первой формирующей для неоконсерватизма битвой было противостояние неоконсерваторов и сталинистов в 1930–1940-х гг.».

Фукуяма деликатно пишет о «первоначальных заигрываниях», однако факт остается фактом: Ирвинг Кристол, портрет которого в 1979 году поместил на обложке Esquire с надписью «Основатель наиболее влиятельной политической силы в Америке – неоконсерватизма», был троцкистом.

Троцкий

Первая любовь

Что же это были за «заигрывания»? Об этом подробно написал сам Ирвинг Кристол. Одно из своих эссе, опубликованное в New York Times в 1977 году, он так и называл – «Воспоминания троцкиста». Повествование о днях боевой молодости начинается с того, что автор печально смотрит на попивающих кофе студентов в шикарном кампусе Университета Нью-Йорка и сравнивает царящую здесь сонную атмосферу с нищенской обстановкой и кипением умов в Секции №1 Нью-Йоркского Городского колледжа.

«Я окончил Городской колледж весной 1940 года, но больше всего гордился тем, что был активным членом Социалистической лиги молодежи (Четвертого интернационала)», – пишет Ирвинг Кристол.

«У меня нет сожалений об этом эпизоде моей жизни. Присоединиться к радикальному движению для молодого человека – все равно что влюбиться. Можно потерять невинность, но опыт любви столь ценен, что ты никогда в ней окончательно не разочаруешься».

«По правде говоря, мой юношеский радикализм был не просто частью моей жизни в колледже. Он был всей моей жизнью. Если я покинул Городской колледж с гораздо лучшим образованием, чем у выпускников других, более сильных колледжей, то это потому, что мое участие в радикальном политическом движении свело меня с людьми и идеями, которые побуждали меня действовать, думать и спорить с яростной энергией».

«Мы были элитой – немногими счастливцами, избранными Историей, чтобы вести товарищей в светлое будущее».

«Секция №1 располагалась в столовой Городского колледжа, обширном пространстве на первом этаже, которое даже мне, выходцу из трущоб, представлялось особенно грязным и зловонным местом».

«Здесь были секции католиков, сионистов, ортодоксальных евреев, чернокожих, спортивных команд. Но для меня важны были только Секция №1 и Секция №2, секции антисталинистов и сталинистов. Именно между ними разгорались словесные битвы».

«Секция №2, самая многочисленная среди политических секций, могла мобилизовать для своих протестных выступлений всего человек 400–500 из 20 000 студентов. Наша Секция №1 насчитывала около 30 «постоянных членов», и мы были счастливы, если на свои акции нам удавалось собрать человек 50–100».

«Все, что «случалось» в кампусе, определялось ими – завсегдатаями Секции №2 – или нами».

«Господи, каким мрачным сборищем они выглядели».

«Никто из них так ничего и не добился в жизни… Из членов Секции №2 мне запомнились только два человека. Один стал ученым в крупном университете. А второго звали Юлиус Розенберг».

«Выступающие, вроде Макса Шахтмана, лидера троцкистов США, или Гуса Тайлера из Социалистической парии, могли спорить с высочайшим моральным, интеллектуальным и риторическим вдохновением в течение двух, трех, даже четырех часов».

«Никогда в жизни больше не видел и не слышал ничего подобного».

Чтобы подчеркнуть достоинства своих друзей-троцкистов, Кристол перечисляет по меньшей мере десяток товарищей по Секции №1, которые стали профессорами социологии в крупнейших американских университетах. При этом Кристолу даже в голову не пришли иные соображения о причинах массового жизненного неуспеха сталинистов по сравнению с востребованностью троцкистов в Америке. Конечно, все дело лишь в умственных способностях.

В этих своих воспоминаниях Кристол утверждает, что в дальнейшем полностью отрекся от социалистических убеждений молодости. Как и все его товарищи-профессора. Говорить, что Кристол и другие троцкисты лукавят и сознательно придумали неоконсерватизм в качестве прикрытия своих истинных убеждений, мы не станем. С тем же успехом можно доказывать, что Советским Союзом правили тайные адепты православия, потому что Сталин учился в духовной семинарии, а Молотов и Калинин в молодости пели в церковном хоре. Но и недооценивать подобные влияния будет ошибкой. К примеру, надо полагать, что Сталина невосприимчивым к оккультизму и эзотерике сделал не только диалектический материализм, но и воспитание в христианских традициях. Скорее всего, именно поэтому Сталин оставался равнодушен к таким новомодным наукам, как фрейдизм, считавший важнейшим фактором формирования человеческой личности разглядывание собственных фекалий в детстве. Именно поэтому в СССР вместо учреждений по исследованию проблем астрологии, рун, Шамбалы и прочего наследия предков, организовывались авиационные, танковые, ракетные НИИ, а 1937 год не пережили не только троцкисты-сюрреалисты, но и, к примеру, Тухачевский, в 1919 году предлагавший Совнаркому возродить язычество в качестве новой официальной религии.

Идеи, захватившие человека в молодости, никогда не проходят бесследно. Как говаривал товарищ Троцкий: «Даже вынужденные менять существо своих взглядов люди втискивают его чаще всего в старые формы».

В какие же формы отлился американский неоконсерватизм?

трокцизм

Троцкизм по-американски

Фрэнсис Фукуяма тоже долгое время причислял себя к неоконсерваторам. В «Америке на распутье» он сформулировал четыре принципа, на которых стоят неоконы. Сходство этих принципов с марксизмом троцкистско-ленинского толка бросается в глаза.

Вот эти принципы по Фукуяме и их марксистские параллели:

Принцип №1. «Убеждение, что внутренний характер режима влияет на внешнюю политику, которая должна отражать глубинные ценности либерально-демократических обществ. Мнение, что внутренний характер режима важен для поведения страны на международной арене, неоконсерваторы отстаивают очень последовательно, тогда как реалисты придерживаются альтернативного взгляда: все государства стремятся к господству вне зависимости от типа режима. Первые антисталинисты неоконсервативного толка смотрели на «холодную войну» как на противостояние идеологий и ценностей».

Истинные марксисты-ленинцы также всегда рассматривали международную политику через призму классовой борьбы и подчеркивали непримиримость противоречий между социализмом и капитализмом. Вспоминаем заветы Ленина из 38-го тома Полного собрания сочинений: «Существование Советской республики рядом с империалистическими государствами продолжительное время немыслимо. В конце концов либо одно, либо другое победит. А пока этот конец наступит, ряд самых ужасных столкновений между Советской республикой и буржуазными государствами неизбежен».

Принцип №2. «Убеждение, что американская мощь уже использовалась и может быть использована в нравственных целях и Соединенным Штатам необходимо по-прежнему активно участвовать в международных делах… США, господствующая в мире держава, несут особую ответственность в области безопасности».

Это называется активная ленинская внешняя политика. СССР, как первое в мире государство рабочих и крестьян, несет моральную ответственность за светлое будущее всего человечества. Ну и дальше плавно переходим к мировой революции, как главному условию торжества коммунистической идеи. Точно так же и неоконы на основании вышеприведенного принципа сделали вполне троцкистский вывод, что Америке, как оплоту демократии, позволительно силой сменять режимы в других странах. Это та же марксистская идея о том, что прогрессивный строй можно (и нужно) навязывать людям силой. А если речь о других народах – то военной силой. Для СССР таким прогрессивным строем был социализм, а для сегодняшней Америки – демократия, но суть та же. Даже лексика схожа. Фукуяма пишет о «благодетельной гегемонии» Америки, что вызывает в памяти марксистский тезис о гегемонии пролетариата, тоже, разумеется, благодетельной. Но в практическом плане эта идея приводит к одной и той же политике: если для построения социализма или победы демократии в Афганистане нужны танки, ну что ж – пусть будут танки. Возможно, кому-то подобная параллель кажется натяжкой, то вот вам мнение американского политолога российского происхождения Дмитрия Саймса, который, между прочим, является издателем основанного Ирвингом Кристолом журнала The National Interest. Он говорит о «неотроцкистской вере в перманентную революцию (пусть даже демократическую, а не пролетарскую)», как об основе американской внешней политики.

Принцип №3. «Недоверие к масштабным проектам социального строительства. Нежелательные последствия программ социального планирования – постоянная тема сочинений авторов неоконсервативного направления».

Здесь выходит наружу традиционное нежелание пламенных революционеров вообще, и троцкистов-ленинцев в особенности, входить в подробности хозяйственной деятельности и прочие «бытовые мелочи». Их стихия – парить мыслью на митинге, как лошадь Троцкого на выставке современного искусства. Они убеждены, что главное – разрушить старый мир, желательно до основания, а затем достаточно произнести марксистские заклинания – и все само собой наладится. К примеру, большевик Николай Валентинов (Вольский) в своих мемуарах вспоминает, как Ленин в 1921 году предложил избавиться от всех убыточных предприятий. В стране разруха, безработица, хаос, людям нечего есть и не во что одеться, а товарищ Ленин предлагает от ½ до 4/5 всех предприятий «кому угодно отдать, или закрыть, или «бросить», забыть до прочного улучшения».

Подход товарища Троцкого к экономике также оказался незамысловатым. Он был сторонником «военного коммунизма» и предлагал согнать освобожденных от цепей капитализма рабочих в трудовые армии. «Если рабочие сохранят то, что называется свободой передвижения,… это приведет к полной хозяйственной анархии», – писал он в статье «Профсоюзы и милитаризация труда» в 1920 г. Слава богу, большевики решили поступить еще проще: пусть люди сами себя накормят и оденут, решили они и объявили НЭП. В общем, троцкисты недаром считают себя истинными ленинцами. А неоконы – их генетическое продолжение.

Принцип №4. «Скептицизм в отношении легитимности и эффективности механизмов международного права и международных институтов при обеспечении безопасности или справедливости».

Тут, собственно, и комментировать нечего. Презрение к законам вообще и международному праву в частности – традиционная черта марксистов. Признается только революционная целесообразность и классовое чутье в борьбе с врагами трудящихся.

Неоконы среди них

Неоконы среди них

Какие практические выводы следуют из приведенных выше принципов, хорошо видно из следующих высказываний идеологов и сторонников американского неоконсерватизма. (Цитаты взяты из книги Фрэнсиса Фукуямы «Америка на распутье» и работы политолога, завкафедрой иностранных языков Военной академии Генерального штаба ВС РФ Татьяны Грачевой «Военная политика США сквозь призму философии и персоналий»).

Уильям Кристол (сын Ирвинга Кристола, основателя неоконсерватизма): «Идея об использовании американской мощи для смены режимов в государствах с диктаторскими формами правления в глазах многих отдает утопией. На самом же деле она предельно реалистична. Есть что-то ложное в заявлениях о невозможности распространения демократических перемен за пределами страны, и об этом нам говорит опыт трех последних десятилетий. Почему мы будем утопистами, предполагая смену режима в таком государстве, как Ирак, после того как мы видели, как демократические силы смели диктатуры в таких непростых странах, как Филиппины, Индонезия, Чили, Никарагуа, Парагвай, Тайвань и Южная Корея? Что утопического в усилиях по борьбе с коммунистической олигархией в Китае после того, как значительно более могущественная и, по всей видимости, более стабильная олигархия рухнула в Советском Союзе? Коль скоро демократические перемены в эти тридцать лет очищали мир с беспрецедентной быстротой, разве «реалистично» утверждать, что более побед не будет?»

Уильям Кристол: «Мир стал опасен, и американцы занимаются поисками доктрины, способной гарантировать их безопасность. И безопасность американцам может предоставить лишь доктрина неоконсерваторов, для которых все беды Ближнего Востока объясняются отсутствием демократии и свободы».

Уильям Кристол: «Миссия начинается в Багдаде, но она там не оканчивается. Мы находимся в начале новой исторической эры. И, очевидно, что она не ограничивается Ираком. Она даже не ограничивается будущим Среднего Востока. Эта эпоха связана с той ролью, которую Соединенные Штаты намереваются играть в 21 веке».

Дональд Рамсфелд (слева на фото выше): «Вашингтон откажется признать исламский режим в Ираке, даже если это будет желанием большинства иракского населения и даже если этот режим придет к власти в результате выборов».

Дик Чейни (в центре на фото выше): «Нет проблем, если ты достиг поставленной цели».

Джон Болтон: «Государства, которые спонсируют террор и стремятся разработать оружие массового уничтожения, должны быть остановлены; те, кто этого не сделает, должны ожидать, что станут нашими мишенями».

Ричард Пёрл: «Мы сможем передать короткое послание, послание из двух слов: “Ты – следующий”».

Фрэнсис Фукуяма: «По величайшей иронии, определение администрацией Буша смены режимов как ключевого компонента ее антитеррористической политики, соответствующей ее стремлению к построению демократического капиталистического мира, привело к возникновению активной «ленинистской» внешней политики взамен пассивной «марксистской» социальной телеологии Фукуямы». (О себе великий Фукуяма здесь говорит в третьем лице – прим. НИКСа.)

Фрэнсис Фукуяма: «Вера в возможность соединения фактора силы с моралью трансформировалась в страшное преувеличение значения силы, в первую очередь военной, как средства достижения целей американской нации».

Фрэнсис Фукуяма: «Как говорится, если из инструментов у тебя только молоток, все проблемы выглядят как гвозди».

Цитаты достаточно красноречиво показывают, что неоконсерватизм опасен, поскольку унаследовал от троцкизма его «религиозность». Под этим следует понимать не только то, что в основе идеологии лежит вера в некую святую идею, ради которой не худо и кровь пролить, но еще и нетерпимость к сторонникам других идей, поскольку пролить предполагается именно их кровь.

Владимир Путин, указывая на хаос, в который погрузился Ближний Восток усилиями американцев и их союзников, в сердцах бросил западным лидерам с трибуны Генассамблеи ООН в 2015 году: «Вы хоть понимаете теперь, чего вы натворили?» Наш президент наивен. Всё они прекрасно понимают. И творили именно то, что хотели. Троцкисты считали, что достаточно раздуть пожар мировой революции, и в наступившем хаосе сама собой установится власть трудящихся. Они были уверены, что только мировая революция обеспечит выживаемость первого в мире социалистического государства. Да и само это государство нужно было им по большому счету лишь в качестве запала. Точно так же и неоконы убеждены, что достаточно свергнуть неугодные режимы по всему миру, и в хаосе цветных революций сама собой расцветет демократия.

Вновь даем слово Фрэнсису Фукуяме: «В 1990-х гг. мы стали свидетелями колоссальной активизации споров об институциональном развитии… Но наиболее видные неоконсерваторы, выступавшие в поддержку войны, по большей части оставались в стороне от этих дискуссий… Так, в книге Кристола и Кагана «Настоящие угрозы» обсуждаются инструменты, применяемые для распространения демократии в мире. Первым и главным таким инструментом является способность создать военную силу, поддерживаемую союзниками, и основанную на использовании противоракетной обороны (ПРО)… У нас нет ни единого намека на то, какие политические инструменты должны сыграть решающую роль при осуществлении политических преобразований: Государственный департамент, Агентство США по международному развитию или такие многонациональные организации, как МВФ или Мировой банк. В годы президентства Клинтона «Уикли стандард» предпочитал обсуждать рост расходов на оборону, а не разрабатывать новые подходы к послевоенной реконструкции, экономическому развитию, поддержке гражданского общества, широкой демократии и т.п. Эти неоконсерваторы, по всей видимости, исходили из предположения о том, что после того, как Соединенные Штаты выполнят тяжелую работу по насильственной смене режима, новые институты каким-то образом сами укрепят себя».

Многие считают, что борьба за демократию – это лишь прикрытие для более прагматичных целей, а на самом деле США устроило войну в Ираке, потому что там много нефти, которая важна для американской экономики. Но парадокс в том, что после каждой военной акции Соединенных Штатов цены на нефть взлетают. Дешевую нефть миру обеспечивал как раз режим Саддама Хуссейна. А после освобождения Ирака от его диктатуры эти цены выросли с 20 долларов за баррель в 1999 году до более чем 140 в 2008.

Действия неоконов не имеют никакого отношения к прагматизму в целом и благу американского народа в частности. Дело не в защите национальных интересов Америки. Неоконы строят светлое будущее для всего человечества. Американцы пугают мир исламскими фанатиками, которые в Иране могут получить доступ к ядерному оружию. Но чем дальше, тем больше кажется, что мир в большей степени может рассчитывать на прагматизм иранских фундаменталистов, чем на здравомыслие американских неоконов. Речь о том, что неотроцкисты с их идеей мировых революционных преобразований получили доступ к ресурсам и оружию самой могущественной страны мира. Та самая обезьяна с гранатой. И товарища Сталина на нее в Америке нет.

Неоконы ведут ту самую священную войну за веру, в которой обвиняют исламистов. Для них главное, чтобы США выполняли свой моральный долг, свою историческую миссию – нести миру факел свободы. Этот факел неоконы готовы, не задумываясь, совать в любые пороховые бочки и нефтяные скважины. Впрочем, почему не задумываясь? Именно в пороховые бочки и нефтяные скважины они и лезут, чтобы полыхнуло как следует. Ну а то, что при этом гибнут люди и рушатся города, не так важно. Как говаривал товарищ Троцкий: «Нет ничего более жалкого, чем морализирование по поводу великих социальных катастроф». Недаром книгу Троцкого «Моя жизнь» высоко оценил Гитлер, который говорил: «Блестяще! Меня эта книга научила многому». К этому остается добавить слова Рональда Рейгана: «Есть вещи поважнее, чем мир, и пострашнее, чем ядерная война». Слова истинного троцкиста.

monkey

Проблема мира

Из интервью Уильяма Кристола немецкому изданию Die Tageszeitung.

Уильям Кристол: «Нас следует называть «партией свободы». Мы вынуждены постоянно защищать свободу. И порой необходимо применять силу, чтобы отстоять свободу – особенно для освобождения угнетенных народов от диктаторов».

Уильям Кристол: «Ясно, что в Ираке существуют проблемы, имеет место религиозное насилие между различными группами населения. Мы также допустили ошибку: руководство США направило в страну слишком небольшую по численности оккупационную армию».

Уильям Кристол: «Опасность, исходящая от Ирана, обладающего ядерным оружием, намного серьезнее, чем возможные опасности, которые таит в себе применение военной силы».

Уильям Кристол: «Проблема мира состоит все же не в том, что США и неоконсерваторы продолжают развязывать войны, чтобы помешать деспотам. Проблема все же в том, что мы если уж и ведем такие войны, то слишком мало».

Уильям Кристол

Вместо послесловия. Лекция о международном положении

Но мы уверены, что сам товарищ Мао
Ей-богу, очень-очень хочет жить…




В. Высоцкий

Мы хотим завершить этот материал рассмотрением вопроса о влиянии наследников троцкистов на стратегическую стабильность в мире. Имеется в виду, естественно, вопрос о применении ядерного оружия в глобальных масштабах.

Процитируем для начала Павла Подвига, эксперта по ядерным вооружениям, научного сотрудника Центра международной безопасности и сотрудничества Стэндфордского университета: «…сегодняшняя ситуация отличается от той, что была в 1980-х годах. Из-за существенных двусторонних сокращений стратегических боезарядов и их носителей возможности России для нанесения масштабного ответного удара несколько сократились. Кроме того, в Москве часто ссылаются на то, что без договора по ПРО масштаб развертывания американской ПРО ничем не ограничен, так что в будущем комбинация первого разоружающего удара и противоракетной обороны “приведет к полному обесцениванию российского ядерного потенциала”.»

«Наверное, количество целей, которые Россия может гарантированно поразить в ответном ударе сегодня, меньше, чем 80, но точная цифра здесь не важна. Главное, что существует ненулевая вероятность поражения территории США и эту вероятность не смогут устранить ни повышение точности баллистических ракет, ни противоракетная оборона».

«Как показывает история ядерного противостояния, именно эта вероятность является основным сдерживающим фактором и «обесценить» этот фактор практически невозможно. В реальных ситуациях, будь то Карибский кризис или оценки угрозы США со стороны Северной Кореи, даже небольшая вероятность доставки единичного ядерного боезаряда является вполне надежным сдерживающим фактором. В случае с Северной Кореей даже неизвестно, есть ли у нее баллистические ракеты, которые могут достичь территории США, и тем не менее перспектива ракетного удара расценивается в Вашингтоне более чем серьезно…»

«Как говорилось выше, ракеты «Трайдент II» уже сегодня снабжены четырьмя сотнями боезарядов повышенной мощности W88. Между тем Россия располагает примерно 150 шахтными пусковыми установками – несложно подсчитать, что W88 для их поражения более чем достаточно…»

«…Россия вполне может быть уверена в своем ядерном потенциале – он вполне адекватен тем задачам, которые перед ним ставятся, и обесценить его противоракетная оборона никак не сможет».

Может ли, действительно, Россия быть уверенной в своем ядерном потенциале? Если бы такой вопрос стоял еще лет тридцать назад – несомненно, ответ был бы – да! Представьте себе американского президента тех времен, даже из породы «ястребов», который видит в эротических снах сверхмощную ПРО и Россию, дотла сожженную атомным пламенем. Как было бы хорошо… Но цена! Как правильно информирует нас г-н Подвиг, «существует ненулевая вероятность поражения территории США». Чем придется расплатиться за полную и окончательную победу над смертельным врагом? Нью-Йорк? Лос-Анжелес? Чикаго? Сан-Франциско, может быть, к этому добавится? Нет, тут пожалуй и одного Нью-Йорка будет достаточно, чтобы ни в коем случае не начинать ЭТО. Жизни своих сограждан и их собственность, в любом случае, дороже. Американский президент тех времен может быть кровожаден, может смертельно ненавидеть русских и китайцев, но не может не осознавать тот факт, что за окончательное решение вопроса русских и китайцев НЕЛЬЗЯ платить жизнями даже одного миллиона американцев. В самом деле, что об них руки марать, не стоят они, эти русские и китайцы, таких потерь…

А что, если американский президент будет озабочен великими целями? Например, правами педерастов во всем мире? Вот это уже совершенно другой разговор! И друзья-однокашники ведь смотрят! Стыдно перед ними-то будет… Может и ограничится все только Нью-Йорком и Чикаго, а Лос-Анжелес не пострадает? «Нет ничего более жалкого, чем морализирование по поводу великих социальных катастроф…»

Вы знаете решение этой проблемы? Конечно, знаете! Может быть, разве что, не отдаете себе в этом отчет.

Tags: НИКС компьютерный магазин, Трам-пам-пам
Subscribe
promo akhceloo march 17, 2018 23:55 8
Buy for 100 tokens
Социальный Капитал, говорите? А Олигархического Коммунизма не желаете? Пусть повисит пока здесь. Может, кто-то из рядовых коммунистов догадается, во что переродилась верхушка их любимой коммунистической партии Зюганова.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments